– Мама, я не спала еще ни с одним мужчиной, а в непорочное зачатие не верю.

– Ты решила меня испытать? – наконец дошло до матери. – Трудная у меня дочка, – вздохнула она с явным облегчением.

– Мама, ты родила меня случайно, чтобы заполнить пустоту в своей жизни? Только не пойми меня превратно!.. Или хотела меня родить?

– Какой же ты иногда еще ребенок, – улыбнулась мама. – Я очень хотела тебя родить.

Моя потрясная мамахен не вышла из роли, а ведь не сказать, что такие откровения из уст собственной дочери – повод для радости и гордости. Многие самые либеральные, снисходительные и просвещенные мамаши не смогли бы так спокойно вынести это испытание. Моя матушка тоже не обрадовалась, но, следует признать, показала высший класс.

Как бы я хотела знать, сколько во всем этом было притворства и рисовки. Ведь что бы мать ни говорила, при этом она прекрасно отдавала себе отчет, что позорную эту беременность можно и прервать. Или ее сдержанность – просто закалка тех лет, когда ее дружком был Владислав Банащак?

А мой отец? Какую роль он играет в этой комедии? Неужели действительно ничего не знает? За двадцать лет, которые они провели вместе, этот специалист по международному праву так-таки ничего не узнал о прошлом своей жены? Значит, он законченный лох… Или, наоборот, все знает и просто закрывает глаза на сомнительные знакомства супруги? Дрожит от страха, что скандал погубит его положение в обществе? Если так, он обыкновенный слизняк и трус.

Подумать только, все эти несчастья обрушились на мою голову из-за одной-единственной подслушанной фразы.

Был совершенно обычный день, отец уехал в командировку, даже не за границу – в Краков на три дня. Матушка утром вернулась с дежурства. Я знала, что она будет дома, когда я приду из школы. Именно в тот день заболел наш железный физик. Мы его так прозвали, потому что никакой грипп его не брал, даже эпидемии ему были нипочем. Он впервые в жизни заболел, и нас отпустили с двух последних уроков.