– Почему не позвонили в милицию или в прокуратуру?
Иван Петрович опустил глаза:
– У нас с Михаилом Арнольдовичем твердый договор: о всех, как он говорит, нештатных ситуациях я в первую очередь должен докладывать ему, а уж потом, по его приказу, что-то предпринимать.
– Звонить в правоохранительные органы приказа не было?
– Нет. Михаил Арнольдович сказал: «Сейчас приеду. Жди в коттедже». И все.
Пока Антон Бирюков разговаривал со Шляпиным, судмедэксперт привел в чувство отца потерпевшей, однако Ярыгин впал в такую сильную прострацию, что вести с ним какой-либо серьезный разговор было невозможно.
Глава III
Следующий после происшествия день для Голубева начался удачно. Задавшись целью выяснить «историю» рекламного плаката, Слава утром позвонил домой Пимену Карповичу Купчику, чтобы узнать, когда последний раз был у него внук-фотограф.
– Он и теперь у меня гостит, – весело ответил разговорчивый старик.
– Давно приехал?
– Вчера перед обедом. Ночь прошухарил с девчатами, щас дрыхнет, как сурок.
– Так еще и не женился?
– Черт его, тридцатилетнего шалопая, женит. Разбудить, чтоб подошел к телефону?
– Не надо. Я сейчас сам к тебе, Пимен Карпович, прикачу.
– Подкатывай, Вячеслав Дмитрич! Давно не виделись. Если пожелаешь, бутылек душистого ликера откупорим. Игорь нам с бабусей на гостинцы припер полнехонький баул всякой разной вкусноты…
Прихватив с собой свернутый в трубочку плакат, Голубев вышел из райотдела милиции к автобусной остановке. Ждать пришлось на удивление недолго.