– О своей личной жизни.

– Ну да... Что было, то было... Да, в Москву я не просто так приехала, устроиться хотела, почти повезло... А тут Сергей. Любовь-морковь... Любились, пока Паша не застукал... Паша прогнал, Сергея нет. И куда мне теперь? Не домой же возвращаться?..

– А что, дома плохо?

– Скажем так, не фонтан... Ты только не подумай ничего, как-нибудь выкручусь...

Ее улыбку даже с натяжкой нельзя было назвать милой. Злости в ней не было, но думала она о чем-то жестком и меркантильном. Понять ее было нетрудно. Ни жилья, ни гражданства, и Москва слезам не верит...

– Выкрутишься... Учишься где, работаешь?

– Не учусь, не работаю. Паша обещал в институт летом устроить, на платный... Сейчас, наверное, Аньке обещает. Была у него одна на примете, сто пудов, с ней сейчас крутит... Ничего, как-нибудь без него обойдусь...

– Как-нибудь ты у меня переночевать можешь.

Андрей уже почти точно знал, что не ошибся в морально-психологическом облике Олеси. Ее только одно волнует – как покруче устроиться в этой жизни. И ей все равно, с кем жить, с красавцем или уродом, лишь бы квартира была на Бульварном кольце, «Мерседес», бизнес. Главное, чтобы жизнь в красочной упаковке...

– Андрей, ты просто прелесть! – взбодрившись, расцвела Олеся.

– Тебе в ванную надо, – сказал он. – А я пока в магазин схожу.

– Зачем?

– За клюквенной настойкой. Любую хворь на корню вырубает.

– А что, это вариант! – весело улыбнулась девушка.

Олеся распарилась в ванной, с удовольствием влезла в халат Андрея, затем забралась и в его постель. Немного полежала, села, закутавшись в одеяло и подобрав под себя ноги. Он поставил журнальный столик перед диваном, сел рядом с ней, откупорил бутылку.