Я отбросил огрызок яблока и теперь сидел без движения. Слабый ветерок дул в нужном направлении – прямо на меня. Все застыло вокруг, только в листве резвилась пара горных соек. Лишь один раз я медленно поднял ружье и в оптический прицел рассмотрел сухой сук, похожий на рог оленя, но это был всего лишь сук. И снова положил оружие на колени. Времени было впереди сколько хочешь. Я никуда не спешил. Если добуду оленя сегодня, то придется возвращаться сразу в Альбукерке на холодильный завод, пока мясо не испортилось. Лучше провести здесь несколько дней. Я хотел заполучить своего оленя, для этого и обновляю каждый сезон лицензию. Но не хотелось спешить. Тем более, что мне теперь незачем торопиться домой.

Трудно объяснить не охотнику, почему нормальный и, надеюсь, в своем уме человек едет за полторы сотни миль по плохим дорогам, спит на земле при минусовой температуре, портит машину и надрывает легкие на высоте восьми тысяч футов над уровнем моря только затем, чтобы сидеть в засаде, подкарауливая животное, которое никогда и никому не причинило вреда. Разумеется, это не из-за мяса. Вернее, не только из-за него, хотя я предпочитаю есть оленину вместо говядины хоть каждый день. И не только потому, что я рано стал охотиться – в возрасте, когда едва мог держать и носить ружье: почему теперь я должен вдруг менять свои привычки?

Думаю, основная причина кроется в другом – вы доказываете себе, что еще способны на что-то. Мы настолько отдалились от матери-природы – носимся по бетонным суперхайвеям на своих кремово-голубых автомобилях с откидным верхом на гидравлическом приводе, – что иногда возникает желание напомнить себе самому: у тебя есть руки, ноги и глаза, что ты годишься на что-то еще, кроме решения сложных уравнений на электронно-вычислительных машинах, и еще способен, слава богу, взобраться на гору и перехитрить оленя раз в году...