Главврач как-то перекривился и выдал натужную улыбку:

– Дусик, зайка мой, ну какой второй роддом? Ну разве тебе здесь плохо? Я ведь отчего вознегодовал? Исключительно из вредности. Да. Столько раз тебя к себе в кабинет приглашал, а ты на этой кроватке-развалюхе маешься, я как тебя увидал – прям чуть не задохнулся от стыда – нет чтоб у меня, в кабинете, на кожаных диванах, так ты на такой убогой кровати!.. Кстати, Дуся, нам надо кровати поменять, новые купить просто необходимо, но ты же знаешь, нам совсем не дают денег, а у тебя… Дуся, назови мне дату, когда ты поменяешь нам кровати, а? Заметь! Я же не прошу себе кровать домой!.. Хотя чего это не прошу? У меня и дома бы не помешало…

– Ну знаете что, Матвей Макарыч! – вскинулся Дуся.

Видимо, главврач знал. Он открыл двери и зычно прокричал:

– Леночка! Елена Николаевна! Быстренько принесите Дусе… Евдокиму Петровичу халат! Из новеньких, какие мы купили!.. Дуся, а ты пойдем со мной в кабинет, я тебе постелю, полежишь, по…

– Да куда я пойду-то?! – никак не мог успокоиться Филин. – Вон у меня все трусы мокрые!!

Главврач недобро посмотрел на беременную:

– Вы куда метили, гражданка Окрошко?! И что это у вас за такой токсикоз – обливать серьезных мужчин водой?! Кувшином по нашему спонсору! Если нечем заняться, так лучше бы в палате влажную уборку провели!.. Дуся, пойдем со мной в кабинет, расскажешь, что у тебя дома случилось. Пойдем… Ах ты, боже мой, тебе ж Лена еще халат не принесла! Лена!!

Нарядив санитара в новенький хрустящий халат, Матвей Макарович потрусил за Филиным к себе в кабинет, в который раз удивляясь: отчего же у Фортуны такие проблемы с глазами – ну совсем не смотрит, кому улыбается?