- Тогда воспользуемся камнем, - решил Хок - Именно для этого он и предназначен.
- Не спеши. На месте колдуна я бы поставила особые защитные средства предохранители: они сразу срабатывают, как только кому-то придет в голову сунуться в дом.
Хок задумался.
- Если верить констеблю, Боуд - колдун довольно низкого ранга. Для подобного устройства нужно владеть более сложной магией.
- Проверь еще раз амулет.
Хок крепко сжал рукой резную кость, но амулет по-прежнему не реагировал. Видимо, магии здесь не было. Хок нетерпеливо тряхнул головой.
- Мы понапрасну теряем время. Заходим внутрь. И немедленно.
- Ты прав. Согласна.
- Только после вас.
- Ах, мой рыцарь.
Медленно бок о бок они вошли в холл, на всякий случай задержавшись на минуту в дверях. Но ничего не случилось. В стенной нише Хок увидел лампу и зажег ее. Бледно-золотистые лучи осветили длинный узкий коридор, ведущий из холла, идти по которому почему-то не хотелось. Голые стены, дощатый, грязный, ненатертый пол. С правой стороны они увидели закрытую дверь, а впереди, в конце холла, лестницу. Фишер тихонько подошла к двери, прислушалась, осторожно приоткрыла ее. Хок весь напрягся, сжимая топор. Носком сапога Фишер толкнула дверь и быстро вошла в комнату, держа впереди себя меч. Хок последовал за ней, высоко подняв лампу. Никого. Все выглядело совершенно обычно: мебель, ковер, картины и гобелены на стенах. Обстановка недорогая, но уютная. Оба Стража вернулись в холл, неслышно притворив дверь. Затем они направились к лестнице.
- Что-то здесь не так, - тихо произнес Хок - Амулет показывает, что в доме нет ни малейших следов магии, хотя даже воздух должен быть пропитан ею. Технологический шпионаж в среде колдунов - обычное дело. Странно, что не обнаружена защита. Всегда есть охотники на чужие секреты.
Они поднялись по поскрипывающим ступенькам. В тишине любые звуки казались оглушительными. Колеблющийся свет лампы не мог побороть темноту. От верхней площадки лестницы вел узкий коридор. Хок и Фишер заметили три плотно закрытые двери. Они остановились, прислушиваясь, тишину нарушало только их собственное дыхание. Хок принюхался.