Моей дорогой Дженет в день ее конфирмации 14 марта 1920 г.

Блаженны чистые сердцем.

Почерк был мелким и корявым.

— Понятно, — сказал Роджер и позднее, улучив момент, сунул книгу в карман. Во всяком случае, мисс Карразерс удалось подтвердить самое главное.

Он продолжал задавать вопросы. Подозревая, как и мисс Карразерс, что за всем этим скрывается какой-то мужчина, Роджер пытался выудить у собеседницы какой-нибудь ключ к его личности. Но в этом мисс Карразерс не могла ему помочь. Юни, по-видимому, не интересовалась молодыми людьми. Она никогда не прогуливалась с ними и признавалась, что они навевают на нее тоску. Насколько знала мисс Карразерс, у нее не было не только постоянного ухажера, но и вообще друзей среди джентльменов.

Некоторое время они молча курили.

— Если бы вы решили покончить с собой, мисс Карразерс, — неожиданно спросил Роджер, — стали бы вы вешаться?

Девушка содрогнулась.

— Конечно нет! Это последнее, что пришло бы мне в голову!

— Тогда почему так поступила мисс Рэнсом?

— Возможно, Юни не сознавала, как она будет выглядеть, — вполне серьезно предположила мисс Карразерс. — Повеситься, да еще на чулке, который только что носила!

Роджер выпрямился.

— Как это? На одном из чулок, которые были у нее на ногах?

— Да. Разве вы не знали?

— Нет. Не помню, чтобы об этом упоминалось. Вы имеете в виду, что она сняла чулок с ноги и повесилась на нем?

Мисс Карразерс кивнула.

— Да. Одна нога у нее была в чулке, а другая босая. Тогда мне это показалось очень странным. Она висела на этой двери — с другой стороны еще виден след от болта. Конечно я вытащила болт, так как не могла каждый раз смотреть на него, входя в комнату.

— Какой болт? — спросил Роджер.

— Болт на другой стороне двери, к которому она прикрепила петлю.