– Я насчет работы, – сказала Малышева.

– Сейчас, – голос сразу поскучнел. Обладательница его отправилась звать кого-то, наверное, в другую комнату. Вскоре трубку снова взяли, и Лена услышала уже мужской голос:

– Что вы хотели?

– Вы предлагаете работу…

– Вы местная?

– Да.

В трубке долго сопели, словно соображая, что еще спросить. Затем устало объявили:

– Рахова, 47. Знаете, где это?

Лена оживила в памяти подзабытые названия тарасовских улиц. Это было недалеко от ее дома.

Договорились встретиться через полчаса.

В назначенное время из-за угла появился парень лет двадцати пяти, довольно крепкий на вид, хотя и невысокого роста. Сломанные уши выдавали в нем бывшего борца.

Он по-деловому подошел к Малышевой и, не представляясь, спросил, не она ли звонила в «Очарование» по поводу трудоустройства.

Лена подтвердила этот факт.

Во время короткого разговора парень просто поедал Лену глазами, словно решая, заслуживает ли она того, чтобы ее отвели в квартиру.

Малышева спокойно дождалась конца спектакля и, когда парень предложил пойти за ней, двинулась вслед.

Ее провожатый шел уверенно, не оглядываясь. Они поднялись на девятый этаж, и крепыш три раза подряд нажал кнопку звонка. Когда прошли вовнутрь, взору Малышевой предстала обычная трехкомнатная квартира, правда, почти без мебели.

На кухне две весьма юные особы курили сигареты, о чем-то лениво болтая. Перед ними стояла пепельница, рядом с ней лежала трубка радиотелефона.

В тот момент, когда Малышева вошла в прихожую и девицы с интересом повернулись в ее сторону, трубка запиликала. Одна из барышень сразу схватила ее.

– Да? – промурлыкала она. – Да!

Черненькая подружка с надеждой смотрела на нее.

– Обязательно…

Говорившая по телефону от охватившего ее азарта ерзала на стуле. Видимо, клиент назревал денежный.

Парень кивнул Малышевой.