В ее карих глазах заиграли шутливые огоньки.
— Здесь даже лучше, чем в клубе “Гарем”, — ответил я. — Обслуживание на том же уровне, а напитки бесплатные.
— Вы, должно быть, оказываете неоценимую услугу Картеру Стентону, раз он встречает вас с такими царскими почестями.
— Нет, это только из-за моего личного обаяния, будь оно неладно. Ну что я могу поделать, если я такой неотразимый?
— А находясь у нас, угрызений совести не испытываете? — опустив уголки губ, спросила Нина. — Сердце не щемит, когда вспоминаете миссис Холман или малюток, скучающих по папочке и ожидающих, — когда тот вернется в их райский уголок?
— Ни миссис Холман, ни малюток, ни даже райского уголка на Западном побережье у меня нет.
— Какое совпадение! — со вздохом произнесла моя гурия. — Мне еще не доводилось встретить гостя, который был бы женат!
— Если не верите, можете навести обо мне справки в ФБР. Не возражаю, — спокойно ответил я. — Пожелайте мне спокойной ночи и идите домой.
Девушка прищелкнула языком.
— Мистер Холман! — воскликнула она. — У нас, гурий, повышенное чувство ответственности. То, что нам поручено, мы доводим до конца. В бурю, дождь или снегопад мы, как и почта, не прекращаем работать!
— И как давно вы числитесь в гуриях? — поинтересовался я.
— Я сначала появилась на развороте нашего журнала как “гурия месяца”. Там опубликовали несколько моих фотографий на фоне бюста Шекспира. Позировала с куском легкой ткани, ну и обнаженной тоже, — прыснув от смеха, сообщила она. — В журнале меня представили как девушку интеллектуального типа с богатым духовным миром. Но это, конечно же, совсем не так. Позже узнала, что Стентон открывает клуб и нанимает на работу девушек, ну я и пошла к нему. Клуб принял первых гостей около восьми месяцев назад, и я в нем с момента открытия. Спросите, почему такая хорошенькая девушка, как я, не смущаюсь работать в таком фривольном платье, — отвечу. В клубе я в среднем зарабатываю двести пятьдесят долларов в неделю, а это на сто пятьдесят больше, чем я получала бы, преподавая в школе. — Она склонилась над коктейлем, а потом вновь посмотрела на меня. — Вот так я и живу. А вы, мистер Холман? Чем зарабатываете себе на жизнь?