Там меня ожидал бурбон со льдом, который преподнес мне на подносе дворецкий.

— Я решил, что вам после тяжелых физических упражнений захочется выпить, сэр, — без тени улыбки произнес он.

Взяв с подноса стакан с бурбоном, я пристально посмотрел на него.

— Вы — провидец, Альберт, — холодно заметил я. — Или у вас способности видеть сквозь пол?

— Именно так, сэр, — ответил дворецкий и, резко нагнувшись, отдернул лежавший на полу ковер.

Под ним оказалась вмонтированная в конструкцию плита из толстого прозрачного стекла. Я глянул вниз и увидел вылезавшую из бассейна Нину. Губы ее шевелились, но, к счастью, я не мог слышать извергаемых ими проклятий.

Альберт опустил угол ковра и выпрямился.

— Простите меня за любопытство, сэр, но, заслышав шум внизу, я решил удостовериться, все ли в порядке. Мистеру Стентону вряд ли понравилось бы, если бы в его доме произошло убийство или что-то в этом роде.

— Этот глаз в полу — удачная задумка, — одобрил я. — Ведь на вечеринках могут возникнуть неожиданные разборки.

— Да и самим гостям, сэр, иногда интересно понаблюдать за остальными, — добавил дворецкий.

— Но он здесь не единственный? — спросил я. — Над островком “Оазис” такой же? Бьюсь об заклад, Стентон никому его не показывает и смотрит через него только сам.

Альберт поджал губы.

— Вы очень догадливы, мистер Холман. Я с удовольствием отпил бурбона.

— Обо мне вам Стентон что-нибудь рассказывал? — спросил я.

— Мне известно, почему вы здесь, сэр. Мистер Стентон очень расстроился после того, что произошло с ним у подъезда дома накануне вечером. Он объяснил мне причину вашего приезда, но о вас, сэр, я слышал и раньше. Дело в том, что я три года жил на Западном побережье и работал там в киноиндустрии.

— Раз не сказали просто “в кино”, значит, вы были на Беверли-Хиллз, — заключил я. — А вы не знаете, кто задумал убить вашего босса?