Хоть, по словам Мейера, он и не нуждался больше в крутых вышибалах, я сразу понял, что входило в обязанности Ларри, этого юноши и старика одновременно, около двадцати — двадцати двух лет от роду, с бледным лицом и темными глазами, ничего, кроме презрения, не выражавшими. “Раньше таких ребят называли гангстерами-телохранителями, а теперь — психопатами”, — подумал я. В любом случае они всегда служат орудием убийства, холодным, расчетливым и высокопрофессиональным. Достаточно на такого взглянуть, чтобы на голове сразу же зашевелились волосы.

— Поздоровайся с мистером Холманом, Ларри, — мягко предложил босс.

— Привет, Холман, — с ухмылкой на губах произнес тот. — Я никогда о вас не слышал!

Пальцем, похожим на тонкий сучок, Мейер указал на своего второго помощника:

— Чарли Сэгар.

Сэгар представлял собой огромного дряблого мужчину с лысой головой. Он носил огромные без оправы очки с круглыми линзами. Достав из кармана носовой платок, Чарли вытер с широкого лба пот и улыбнулся мне.

— Рад познакомиться, мистер Холман, — фальцетом произнес он.

— Чарли — мой бухгалтер, — ровным голосом пояснил Мейер.

— Отлично, — кивнул я, — только не говорите мне, Джин, что Маллер ваш адвокат!

— Ларри — мой страховой агент, на которого можно положиться. Правда, Ларри?

— Совершенно верно, мистер Мейер, — с готовностью подтвердил тот. — Мои обязанности как у холодильника — обеспечивать вам сохранность.

— Этот мальчик с большим воображением, — с нежностью в голосе произнес Мейер.

В кабинете воцарилась гробовая тишина, как если бы мы все четверо были говорящими электрическими роботами, а пришедший оператор разом отключил нас от блока питания. Мейер опустил свой длинный нос и, не мигая, исподлобья уставился на меня. “Он не из тех, кто позволит кому-то попусту транжирить его собственное время”, — подумал я и первым прервал молчание.

— Джин, вы что-нибудь еще хотите мне сообщить? — медленно выговаривая слова, спросил я.