— Пятьдесят одну тысячу восемьсот тридцать девять долларов, — подсчитывая в уме, медленно произнес он, — и несколько центов.

— Вы уверены? — спросил я, хотя прекрасно знал, что такие, как Чарли Сэгар, в своих расчетах никогда не ошибаются.

— Да что вы! — украдкой зевнув, возразил Мейер. — Однажды, подсчитывая выручку от игральных автоматов, Чарли “потерял” полтора доллара. Так после этого у него случился нервный стресс.

— Таким образом, выходит, что у вас из всех подозреваемых Стентоном самые веские причины желать ему смерти, — не особенно уверенно произнес я.

Сидящий в кресле Мейер, на котором пиджак висел словно на вешалке, до того прямо державший корпус, всем своим иссохшим телом медленно подался вперед.

— Как я уже заметил ранее, есть более законные и безопасные способы разрешения подобных споров, — возразил он и устало закрыл глаза. — Если я захочу, то предъявлю Стентону иск. Зачем прибегать к убийству, когда можно обратиться в суд?

— А вы что, Джин, с помощью своих адвокатов собираетесь подать на него в суд? — не в силах подавить сомнения, спросил я.

— У нас со Стентоном состоялся прямой разговор, — ответил Мейер. — Расскажи ему, Ларри.

— Да, мистер Мейер, — с готовностью откликнулся тот. — Мы с Чарли отправились для серьезного разговора со Стентоном в его бордель. Чарли показал ему бухгалтерские данные. Картер попытался спорить, но факт его мошенничества был налицо. Тогда я выдвинул ему условия мистера Мейера: либо к концу месяца вернуть украденные им пятьдесят тысяч, либо продать ему свою долю акций.

— И что он на это ответил? — спросил я.

— Стентон рассвирепел.

— Мистер Стентон обозвал Ларри последними словами. Ему этого не следовало бы делать, — по-отечески взглянув на парня, заметил Сэгар. — Знаете, мистер Холман, Ларри так легко возбудим. Мы решили не ждать, когда мистер Стентон придет в себя, и покинули его заведение.