Когда двое спутников устроились за пустым столиком возле окна, мужчина с бородой, что неотступно следовал за ними, вошел в зал и направился в глубину заведения к обшарпанному прилавку, где хозяин согревал в тазу с кипящей водой оловянные кувшины вина.

Тао Гань на чистом кантонском велел подавальщику принести два больших кувшина. А пока они дожидались, Чао Тай оперся локтями о грязный стол и обвел сидевших вокруг людей мрачным взглядом.

— Ну и сборище! — проворчал он чуть погодя. — Видишь того уродливого недомерка? И как я сразу не заметил эту отвратную харю!

Тао Гань глянул на тщедушного уродца, одиноко сидевшего за столиком у двери: плоское смуглое лицо с низким, изборожденным глубокими морщинами лбом и широким носом, маленькие, глубоко посаженные глазки под кустистыми бровями. Волосатые ручищи карлика вертели пустую чашу.

— Сдается мне, единственный приличный с виду человек — это ваш сосед! — прошептал Тао Ганы — Он похож на мастера боевых искусств. — Старик кивнул на широкоплечего господина, сидевшего за соседним столиком. Черный пояс туго стягивал аккуратный синий халат незнакомца, перехватывая на талии его ладную фигуру. Тяжелые веки придавали открытому лицу немного сонный вид. Неподвижно уставившись в одну точку, он явно не видел ничего вокруг.

Неряшливый подавальщик поставил перед Чао Таем и Тао Ганем два больших кувшина и зашлепал обратно к стойке, намеренно не замечая, что карлик размахивает пустой чашей.

Чао Тай, недоверчиво сморщив нос, отпил глоток.

— Надо же, совсем не плохо! — удивленно воскликнул он и, осушив чашу, подлил себе еще. — Более того, очень даже хорошо! — И он одним длинным глотком уничтожил добавку. Тао Гань, довольно улыбаясь, последовал примеру спутника.