- Ну что, доигрался хрен на скрипке? - И, не дав ему рта раскрыть, предупредил: - Говорить будешь лишь с моего разрешения и только отвечать на вопросы. Ясно?

Задержанный кивнул, с ужасом глядя на направленный на него пистолет.

"Этот расколется! - решил про себя Ильин. - Тут и думать нечего. Но его надо дожать в первые же минуты, пока не опомнился". И Ильин вступил в игру:

- Мы не в Америке, а потому права разъяснять не будем. Но сразу предупреждаю: добровольное признание смягчит твою вину, да и адвокату на суде легче будет тебя защищать.

- Ну что ты на него время теряешь, Ильин? Нужны нам теперь его показания! Да ещё после того, как Самсон ему привет передал.

- При упоминании знакомого имени бывший танкист вздрогнул и опустил голову.

- Куда дел орудие преступления? - спросил, как выстрелил, Антонов, плотнее прижав пистолет к голове парня.

- Прежде чем ответить, на всякий случай учти, нашему рапорту, что пришлось тебя пристрелить при попытке к сопротивлению, поверит любой малахольный прокурор, стоящий на страже законности: наемные убийцы никогда не вызывали сочувствия. - Антонов ткнул парня дулом пистолета под подбородок, заставив его поднять голову. - Ну, я жду. Не вынуждай меня прибегать к крайним мерам.

Парень обреченно кивнул в сторону кухни:

- Там, на балконе, в ящике для инструментов.

Антонов опустил пистолет, рывком поднял парня на ноги, снял с него наручники и подтолкнул к кухне.

- Ступай, достань сам и положи на стол.

"Неужели это так просто? Сейчас он принесет подсвечник, которым убил Коловрата, и на этом все кончится", - подумал Ильин, чувствуя, как пересохло от волнения в горле.

Парень бросился к балкону, но Антонов строго сказал: