Мать возликовала, кинулась Виринее руки целовать, а отец грустный сидит, не верит в чудо. "Не может быть, - говорит. - Это вы нашего ангелочка в раю видели. Нет его на земле". Плачет мужик, убивается. Ну, Виринея и отправила их ко мне, чтобы я его успокоила. Не верить Виринее у меня не было оснований, и я согласилась помочь этим несчастным, избрав, на мой взгляд, правильный метод работы с ними.
И Дармира включила запись. Разговор был долгий и трудный. Дармира всеми известными ей способами убеждала родителей, что их сын жив и ничто плохое ему не грозит, однако отец, хоть и слушал внимательно, по-прежнему не верил словам Дармиры, потом шепотом произнес: "Это я, я один во всем виноват", - и, заливаясь слезами, выбежал из кабинета вслед за женой.
Дармира выключила магнитофон, и в комнате повисла тягостная тишина. В ушах все ещё звучал горестный возглас несчастного отца.
- Я смотрю, вы в шоке, - первой нарушила молчание Дармира. - Но вы не видели его глаз, глаз раненого животного!
- Да, все понимаю, - в раздумье произнес Ильин. - Скажите, когда эти люди были у вас? Мне кажется, этот отчаявшийся, убитый горем человек, учитывая его душевное состояние, вполне мог совершить неординарный поступок... А вы знаете их адрес?
- Да, они оставили свои координаты в надежде, что Виринея сообщит им ещё что-нибудь о сыне. Сейчас я вам дам их адрес. Только прошу вас, действуйте осторожно, не травмируйте этих и без того несчастных людей.
- Не беспокойтесь. Все будет в порядке. Ведь по факту исчезновения ребенка наверняка возбуждено уголовное дело, так что мы вправе проводить необходимые розыскные мероприятия. Спасибо за помощь. Если не возражаете, я приду завтра, чтобы прослушать остальные записи.