Через некоторое время Слейд заметил на столе пузатый графин и две тонкие рюмки пурпурного цвета. Он понюхал одну из них. Губы его скривились от отвращения.

– Омерзительный сводник... – равнодушно бросил он.

Потом остановил взгляд на книгах, потрогал одну или две, обошел вокруг стола и, остановившись перед тотемным столбиком, начал разглядывать его.

Затем перешел к гобелену, прикрывавшему то место, где ночью лежал труп Стайнера. Слейд отвернул ногой гобелен и вдруг, глядя вниз, весь напрягся.

То была мастерская игра – или же у Слейда был нюх, которому и я мог бы позавидовать. Я еще не успел разобраться, но это дало мне пищу для размышлений.

Слейд неторопливо стал на одно колено. Письменный стол немного закрывал его от меня.

Я достал револьвер, спрятал обе руки за спину и прислонился к стене.

Вдруг прозвучал пронзительный крик, и Слейд вскочил на ноги. В его руке что-то блеснуло. Это был длинный черный пистолет системы «люгер». Я не шевельнулся. Слейд держал пистолет в длинных, бледных пальцах, но явно не целился из него.

– Кровь, – сказал он спокойно и решительно. Его глубоко посаженные глаза теперь стали черными, суровыми. – Тут, на полу, под гобеленом, кровь. Много крови.

– Я ее заметил, – улыбнулся я. – Это давняя кроны Она уже засохла.

Слейд сел в черное кресло возле стола Стайнера, придвинул к себе телефон, а пистолет положил рядом. Он угрюмо посмотрел сперва на аппарат, потом на меня.

– Думаю, надо вызвать полицию, – сказал он.

– Это меня устраивает.

Этому мужчине не понравилось, что я ему не возражаю. В полированной столешнице отражался хорошо одетый здоровяк с пистолетом. Казалось, он имеет намерение воспользоваться своим «люгером».

– Черт возьми, кто вы такой? – процедил Слейд.

– Частный детектив. Имя не имеет значения. Эта девушка – моя клиентка.

Стайнер с помощью шантажа втянул ее в какую-то аферу. Мы пришли поговорить с ним. Но его тут не было.