- О, Питер! - воскликнул Тимми, пробираясь к фигуре, стоявшей в дверях. - Они там убивают человека!..

Питер Стайлс сидел на краю кровати, поправляя ремни, которыми прикреплялся протез ноги - изделие из алюминия, пластика и волшебных пружин, создававших голеностопный сустав. Рядом висел телефон, трубку которого Питер прижимал приподнятым плечом к уху.

- Сержант Конвэй? - спросил Питер решительным голосом. - Это Питер Стайлс... У меня все прекрасно, но сейчас нет времени говорить о погоде... Четверо бьют смертным боем парня на Ирвинг-Плейс... Нет, я этого не видел, но у меня здесь мальчик, который все рассказал мне. Я собираюсь идти... Не волнуйтесь, я могу о себе позаботиться.

Пока Питер натягивал широкие брюки, белую трикотажную водолазку и куртку из твида, Тимми Фэллон рассказал о том, что произошло.

- Ты узнал кого-нибудь из мужчин, Тимми? Ты ведь знаешь всех в этом районе.

- Фонари на Ирвинг-Плейс не очень яркие, к тому же все магазины уже были закрыты. Это... это были не битники; это большие, сильные, коротко подстриженные парни в рабочей одежде. Я даже толком не разглядел их. Того, который погнался за мной, узнал бы, если б увидел снова. Его-то я никогда не забуду.

- А на кого они напали?

- Он негр, Питер. Хорошо одетый, вернее, был хорошо одет до того, как на нем все изодрали.

- О Господи! - сказал Питер и опустил револьвер в карман куртки. Лето обещало быть долгим и жарким из-за ожидавшихся выступлений самых неистовых членов организации "Власть - черным". Но пока в городе еще не произошло ничего, что могло бы спровоцировать взрыв террора и насилия.

В дверях дома Питер остановился, чтобы взять тяжелую терновую палку из подставки для зонтов. В те дни, когда он еще только учился пользоваться протезом, эта палка помогала ему удерживать равновесие; теперь же он взял ее как оружие.

- Оставайся здесь, - сказал Питер мальчику. - Позвони отцу и расскажи о том, что произошло. Никуда не уходи до тех пор, пока он или я не придем за тобой.