– Господи.
Через десять минут я был бодр и энергичен; выпрямился и подошел к раковине. Из носа шла кровь. Хотите верьте, хотите нет, но на зеркале красовалась надпись:
МИЛЫЙ ЭФТОН– Милостивый Боже, – произнес я.
Вытер лицо бумагой. Умылся холодной водой. Сквозь бороду проглядывала серая кожа. Щеки ввалились. Я подтянул штаны, затянул потуже ремень. Тридцати фунтов как не бывало. Когда я держал в руках клюшку, у меня была та еще комплекция. Спорт и картошка способствуют наращиванию веса.
Я вернулся в бар. За моим столиком сидела Кэти. Совершенно новая. Я ведь знал панка двадцати двух лет от роду со следами уколов на руках. Она вскочила и сказала:
– Ты вернулся.
Кроме этого типично ирландского приветствия, она обрела и некоторую напевность. Мне больше нравилось, когда она говорила на манер Ким Карнес.
Снова объятия.
Она всмотрелась в меня и заключила:
– Кокаин.
– Эй.
– Старую наркошу тебе не провести.
– Зачем мне тебя обманывать?
– Потому что именно это и делают наркоманы… прячутся.
Я сел и сделал большой глоток пива. Господи, ну до чего же здорово. Кэти наклонилась, вытерла пену с моей верхней губы и сказала:
– Твоя комната уже готова.
– Что?
– В свой первый вечер тебе стоит побыть с друзьями.
– Я собирался вернуться в «Бейли».
– Пойдешь завтра.
– Ладно, так и сделаем.
Она поправилась. Лицо сытое, даже блестит. Я сказал:
– У тебя сияющий вид.
Она смутилась. Готов поклясться, она покраснела, хотя я считал, что это искусство уже в далеком прошлом.
– Я беременна, – сказала она.
Закончив с поздравлениями, я заметил:
– Я тебе кое-что привез.
Ее лицо осветилось, и она попросила: