Правда, он уже давно работал на ФСБ. Его завербовал советский резидент подполковник Семен Алхутов, по официальному статусу – ответственный представитель Аэрофлота в Тегеране. Он сумел оказать давление на Толика, родители которого оставались в Советском

Азербайджане.

Теперь Толик с родителями жил во Франции.

В течение шести месяцев Толик посещал курсы школы КГБ в Киеве.

Потом по приказу Алхутова он бросал гранаты в кафе и бистро в Москве и Баку, где собирались представители правых партий. Но сейчас он чувствовал, что дело в чем-то другом, выходящем за рамки местных политических стычек.

Семен Алхутов особенно настаивал на том, чтобы это "мокрое дело" не походило на политическое убийство. Вот почему он посоветовал

Толику что то стащить с тела Эльдара Хусаинова.

– Вы окажете большую услугу России, – важно объяснил офицер. -

Азербайджанцы никогда не должны заподозрить нас в этих убийствах…

…По ресторану стал распространяться запах бараньих ножек.

– За стол! – пригласил хозяин.

Толик продолжал размышлять. Зачем ФСБ понадобилось убирать журналиста Хусаинова? Впрочем, зачем ломать из-за этого голову. Все равно он бы не смог отказаться от этого из-за своих старых родителей. Два раза в год он получал килограмм золота и отправлялся в Азербайджан. Его родители продавали это золото и целый год беззаботно жили, до его следующего приезда. Советские таможни пока допускали импорт ценного металла…

Суп рассеял заботы азербайджанца. В конце концов одним убитым больше или меньше, какая разница? Шестьдесят лет назад Гитлер беспощадно уничтожил более десять миллионов евреев. Слово "геноцид" родилось позднее, и в то время немцы отделались международным порицанием.

Неожиданно ложка с супом повисла в воздухе: Толик подумал о близком друге Хусаинова – Мамеде Садуллаеве.

– А, сводники, черт бы их побрал!