— Ну, тогда это было совсем другое дело…

— Правильно, там убили троих и хотели провернуть большую аферу. Здесь пока еще никого не убили, но если мне не изменяет память, больше сотни человек отделались ожогами! — Ниро хмуро выслушивал мои рассуждения. — Вот ты представь, прихожу я в магазин, покупаю свои любимые кремики, масочки, мажусь ими, чтобы нравиться тебе еще больше, а вместо очаровательной женщины ты получаешь краснорожую уродину со слезшей кожей. Тебе это понравится?

Ниро подозрительно посмотрел на меня:

— А ты, никак, пользуешься «Миленой»? Не замечал за тобой этого!

Я скорчила гримасу:

— Нет, я ей не пользуюсь, моя косметика немножко дороже. Но представь, не ты, а кто-то другой будет лицезреть свою жену со слезшей кожей. Да и вообще, подумай о нас, женщинах. Наносишь кремик для красоты, а получаешь пузыри на лице. — И я изобразила их появление. — Как тебе это нравится?

Ниро продолжал хмуриться:

— Ну, вольно же им покупать всякую гадость дешевую и намазывать на себя неизвестно что. Ты же на себя не мажешь эту «Милену».

Тут уж я возмутилась вовсю!

— Человечище ты мой наиобразованнейший! Я зарабатываю денег все же чуть-чуть больше, чем женщина, работающая на производстве! Или чем ты предложишь пользоваться обычной домохозяйке? У них нет возможности покупать то, что могу себе позволить я!

И тут меня как по голове ударило. Я вдруг начала осознавать несоответствие случившегося вчера скандала и той информации, которую знала сама о «Милене».

— Слушай! А ведь знаешь, «Милена» выпускала добротный и дешевый крем, который можно было купить во многих странах, по крайней мере Европы… между прочим… — Я рассуждала сама с собой.

Ниро внимательно на меня смотрел, и я продолжила:

— К тому же товары «Милены» у нас в Москве были до вчерашнего дня очень популярны… Я знаю, что на работе у меня девчонки пользуются ей, да и у мамы как-то раз видела. Ужас! А если…