Он ощупал спину. Вроде бы все было на месте, но ноги слушались с трудом. Он что-то проворчал с лицом, искаженным от смущения.
– Мне ужасно, ужасно жаль,– повторяла Роза,– Вы…
– Все в порядке,– деревянным голосом сказал Пэйнтер.
– Может быть, вам лучше присесть на минутку?
– Нет. Спасибо, нет.
– Ну что же…
Когда Роза открыла входную дверь, из тени дерева вышел Хейнеманн и быстро направился к «кадиллаку». Роза опасливо глядела вслед Пэйнтеру до тех пор, пока он не опустился на заднее сиденье.
– Вы в порядке, шеф? – спросил Хейнеманн.
– Что вы хотите этим сказать? – взвился Пэйнтер.
– Ничего, просто походка у вас стала какая-то странная.
Пэйнтер подавил в себе сильное желание потереть спину.
– Почему мы стоим, Хейнеманн? – ядовито осведомился он.– Пора ехать, черт побери, я тороплюсь! Включай сирену.
ГЛАВА 2
Машина подъехала к дому Пэйнтера, крайнему в ряду фешенебельных многоквартирных домов одного из северных кварталов Майами-Бич.
– Сейчас самое время пошире открыть глаза, Хейнеманн,– сказал Пэйнтер, все еще не в силах справиться с раздражением.– Если кто-то захотел узнать, где я живу, они легко могли вычислить мой адрес по телефонному справочнику.
– Я смотрю в оба, шеф,– заверил его Хейнеманн.
– Загляни в фойе.
Хейнеманн заглянул в вестибюль, затем оглянулся на обе стороны тротуара. Правую руку он держал на рукоятке револьвера. Пэйнтер выбрался из «кадиллака» и вошел в здание. Поднимаясь наверх в пустом лифте, он исполнил, наконец, свое заветное желание: потер спину. Ушибленное место почти не болело, но значительно хуже боли было воспоминание о мимолетной улыбке Розы Хеминуэй. И все-таки он не мог серьезно сердиться на нее. Со стороны его падение могло выглядеть как один из лучших трюков Бестера Китона.