- Вы ему доверяете? - спросил Малко.

- Это мой любовник, - просто ответила она. - Однако всего я ему не рассказываю. - Она подвинула ноги, еще выше открывая стройные бедра. В этой женщине, право же, не было ничего от традиционного дипломата.

- Вы не знаете, для чего меня вызвали в Кувейт?

Негритянка утвердительно кивнула:

- Предотвратить катастрофу!

Малко посмотрел в сторону бара. Она улыбнулась:

- Махмуд не слушает. Во всяком случае, его тошнит от палестинцев, и он откровенно их боится.

Он уверен, что в один прекрасный день они захватят Кувейт...

- Вернемся к нашим баранам.

Ее взгляд омрачился.

- Через восемнадцать дней сюда приезжает Генри Киссинджер. По личной просьбе эмира. Из разных источников ЦРУ получило сведения, что здесь на него готовится покушение. Организует покушение смешанная палестино-японская группа "Красная армия". Та самая, которая учинила резню в аэропорту Лод. Немецкая полиция напала на след одного из их руководителей, некоей Шино-Бю, бывшей студентки социологического факультета. Их сообщники на прошлой неделе похитили множество автоматов и ручных гранат из арсенала бундесвера недалеко от Франкфурта. С тех пор Шино-Бю и оружие исчезли.

- Это далеко от Кувейта, - заметил Малко.

- Постойте, - прервала его Элеонора, - у меня тут был осведомитель, один из двоюродных братьев эмира. Жуир, взяточник, но имевший большие связи с палестинцами. На прошлой неделе я уже купила у него несколько важных сведений. На днях он мне позвонил, что за пятьдесят тысяч долларов может выдать палестинскую группу, готовящую покушение на Генри Киссинджера. Подобную сумму я не могла взять из банка без специального разрешения Лэнгли. Пришлось изворачиваться. В конце концов мне дали свободу действий. Я предупредила осведомителя. Мы договорились о встрече, и я пришла. Но слишком поздно. Его зверски зарезали.