— Хорошо, если так. От этих конфет телята прибавляют в весе по полтора килограмма в сутки.

— Прекрасно.

— Прекрасно?! — Синерубашечник удивленно посмотрел на Семена и открыл дверцу: — Садитесь в машину.

Никакой вины за собой Семен не чувствовал и потому не отказывал себе в удовольствии любоваться пейзажами. Правда пейзажи эти он видел не далее как час назад, но смотреть на них все равно нравилось. От аккуратности домиков, разлинеенности дорог и полей, стабильности, разлитой, казалось, в самом воздухе, приходила уверенность, что и у него в конце концов все образуется.

— Что хоть с телятами-то? — спросил он, не отрываясь от созерцания окрестностей. — Объяснили бы.

— Объясню. — Сидевший рядом с ним в «Мерседесе» синерубашечник постучал пальцами по спинке переднего сидения. — Им для быстрого роста вспрыскивали гормональные препараты.

Что-то слышал Семен об этом, да, как обычно, пропустил мимо ушей. Спросил, пожав плечами:

— Ну и что?

— Препараты содержат канцерогенные вещества.

— Только-то? Да эти канцерогенные вещества — вдоль всех дорог. У нас возле дорог коров выгуливают, сено косят.

— Это ваше дело. А у нас запрещено.

— И за такое арестовывают?

— И в тюрьму сажают, — ответил эксперт таким тоном, будто выматерил, так что дальше расспрашивать расхотелось.

В полицейском участке эксперт провел форменное дознание. Составив акт и заставив подписать его, он бросил Семену через стол его документы, сказал сквозь зубы:

— Вы можете убираться.

— А Отто Бауэр?

— Что вам до него?

— У меня с ним бизнес.

— Ему будет не до бизнеса. Ищите другого компаньона.

Был уже вечер, когда он вышел на улицу. Окна вторых этажей золотило закатное солнце. Отойдя по брусчатке тротуара метров сто, Семен оглянулся и вслух с удовольствием выматерил полицейских законников, а заодно и всех немцев оптом.