Шеф меня за дурака считает. Вслух не говорит, но я по глазам вижу. Конечно, у него и инъяз за плечами, и училище политработников, и юрфак заочный. А у меня только сраная ментовская школа в Верхних Нужниках, да пять лет участковым в Кузьминках. Где уж нам, дуракам, чай пить! Он даже думает, что я рассказ «Муму» не одолел. Вот тут ошибочка вышла. Рассказ этот я нарочно нашел и прочел, уже когда в СБ пришел. И понял я вот что: если бы барыня своего глухонемого козла его собачкой не напрягала бы, он бы ей всю жизнь служил верой и правдой. Мне только скажи поласковее: «Павлик, надо!» – и я в лепешку расшибусь, но сделаю. Майор Ванюков, начальник райотдела в Кузьминках, этого не понимал. А шеф понял. Посмеивается, подначивает, иногда и прикрикнет – зато доверяет. Поэтому согласен быть при нем дураком. Дураком Его Превосходительства. Лучше, чем дураком при майоре Ванюкове в загребанных Кузьминках. Но только я не совсем уж дурак. Мой принцип – лучше перебдеть, чем недобдеть. Мог бы спокойно не выезжать самолично по каждому сигналу, но всякий раз боялся: а вдруг? Вдруг это ТО САМОЕ, из-за чего я свой хлеб генеральский ем и водку генеральскую пью? Ясно ведь, что террорист-профессионал не будет в пяти кварталах от Кремля прятаться с гранатой в подъезде. А что, если любитель? Какой-нибудь разочарованный хрен, защитник свободы и демократии? Когда я еще в Кузьминках кантовался, знакомый участковый рассказывал про Шмонова, который из берданки в Горбачева метил. Значит, когда обшмонали этого Шмонова, нашли у него плакатик «Горбачев – палач советского народа!». И два патрона с крупной дробью. На крупную, стало быть, дичь. И если бы не был тот Шмонов малахольным и не зацепилось его ружьишко за подкладку, вышел бы громкий концерт по заявкам трудящихся.

Горбачева-то мне не жалко, хотя он никакой не палач. Но ошибки дурных его охранников я учел.