В ее глазах появились какие-то лукавые искорки.

— Имей в виду, я способна на все...

Пит Сальво вышел из клуба в три тридцать утра, когда уже закрылось казино. Мы проехали миль пять, потом зашли в бар и заказали кофе. Поболтав о том о сем несколько минут, я перешел к делу.

— Что ты знаешь о Мелонен?

— Не советую тебе начинать это, Кэт. Забудь о ней. Она и Чаку принесла довольно горя. Неужели тебя интересуют такие женщины?

— А кто тебе сказал, что она меня заинтересовала?

— Ну тогда слушай. За эту шлюху досталось уже многим парням, больше, чем за любую другую. Она постоянно была то с одним, то с другим, а Чак нещадно дубасил ее ухажеров. Они вились вокруг нее, как мухи. Да, она частенько наставляла ему рога.

— А как насчет того парня, которого подозревает полиция?

— Насчет Сандерса? Он тоже подкатывал к ней, и Чак его не раз отделывал. Но эта шлюха чем-то Сандерса притягивала. Не знаю только, зачем. Может, ей было приятно смотреть, как Чак разделывает его под орех. Нельзя было Чаку приходить на ее выступление! Пускай бы дрыгала ногами хоть всю жизнь, но ему она принесла сплошные несчастья.

— А Руди Баннермен?

— Что «Руди»?

Он когда-нибудь пытался приударить за ней?

Пит нахмурился и допил кофе.

— С ума сошел! Чак бы его сразу искалечил.

— А все-таки?

— Да что тут говорить! Все так или иначе пытались, вокруг нее всегда вертелось множество парней. Ну, знаешь, как это бывает. А у Руди такая натура, что он ударяет за всеми. И на верху блаженства, если она проявила к нему интерес. Но никогда не забывает о возможных последствиях. Правда, иногда напьется в стельку и тогда...

— Вот как?

— Точно... Если он нагружается по горлышко, то и ведет себя соответственно. К тому же многие девчонки, я слышал, смеются над ним. Он... он... ну как это называется?

— Импотент?

— Вот-вот. Короче говоря, у него не стоит... И ничего не выходит. Вот девчонки и потешаются над ним, и приходится ему спать одному, ноя под одеялом от бессилия. А что ты собираешься делать?