- Ты думаешь, я не понимаю, что ты прав. Но пойми у половины населения инфаркт будет, если они узнают, что они пьют.

- Так что вы предлагаете?

- Голубчик, исправь карту или уменьши нормы в сводках. Они же сами этого хотят. И мы, и они бояться, что найдется какой-нибудь щелкопер, который раздует это все до невероятных масштабов и тогда нас сметут.

- Нет, не могу. Я же свою подпись ставлю.

- Тьфу... С ним как с человеком, а он...

- Ну точно не могу. Это "Весна" разве только одна гонит пакость что ли, а лакокрасочный, фармахим, еще двадцать пять химических заводов и предприятий всю помойку химических элементов и отходов органики столько поставляют в реку, что прикасаться к воде страшно. Я даже не понимаю, чего зацепились только за "Весну"? Вон в кожном диспансере номер 25, детей привели с лицами в гнойных прыщах. Только помыли мордашки в Екатерининговке и готово. А там только два крупных предприятия порт и каучуковый завод.

Зам директора раскачивается на стуле схватившись за голову.

- Костя, да знаю я все это. Почему только завод "Весна" к заместителю мэра попал не знаю, но догадываюсь, что видно СЭС или кому-то другому не доплатили. Вот и поднялся шум.

- Я в эти амбарные игры не играю.

Зам директора все раскачивается на стуле.

Через четыре часа мне приносят приказ, что от ныне все документы отправляемые в мэрию, горСЭС и другие учреждения города идут за подписью директора или его зама. Моя подпись аннулируется.

Ленка встречает на прежнем месте.

- Костя, вроде тихо. Но не лучше все-таки тебе еще пожить у Иры, тем более она от тебя без ума.

- Не уж-то сама призналась? А ведь при виде меня нос воротит.

- Я сама удивляюсь, чего к тебе девчонки льнут? Вроде бы ничего такого нет.

- Я тоже. Может просто не женатый, поэтому.

Ленка улыбается.

- Пошли лучше к Ирке. Береженого бог бережет.

Ирка вся засветилась, когда меня увидела, но потом взяла себя в руки и изменив лицо спросила.