Из дома Сергей с Витькой всегда выходили вместе. По дороге начиналась «география». Дед подарил Витьке недавно атлас. Целыми днями он изучал карты и поражал родителей своими открытиями. Так было и в это утро, по дороге в школу.

— Пап, — начал Витька, — а сколько в Америке Вашингтонов, знаешь? — и тут же выпалил: — Три!

— То есть как три? — удивился Сергей.

— А так. Столица, и еще в штате Техас, и еще в Оклахоме.

— Да ну?

— Ага. И еще, знаешь, там Москва и Петербург есть.

— М-да, — растерянно соглашался Сергей, про себя удивляясь этим открытиям.

— Пап, — не унимался Витька, — а почему во Франции Орлеан есть, а в Америке Новый Орлеан? И еще знаешь…

— Ты на морозе-то много не болтай, — оборвал его Сергей. — И так вон кашляешь.

Проводив сына до школы, Сергей пошел дальше, к метро. Выходил он обычно на площади Маяковского и дальше шел пешком по улице Горького, через площадь Пушкина, вниз, до Центрального телеграфа, и тут поворачивал в министерство. Весь путь был рассчитан по минутам, и ровно в девять он входил в гулкий подъезд. Показав удостоверение часовому, Сергей, переговариваясь с сослуживцами, поднимался на лифте на четвертый этаж.

Все было так и в это утро.

Войдя к себе в кабинет, Сергей снял пальто, спрятал В шкаф. Растер окоченевшие руки. Затем уселся за стол и с наслаждением закурил. Первая сигарета была всегда самая вкусная.

Но тут внезапно зазвонил один из телефонов. «Так, начинается», — отметил про себя Сергей и снял трубку.

— Слушаю вас, Петр Иванович.

— Прошу зайти ко мне, Сергей Павлович.

Через пять минут он уже входил в приемную начальника управления.

— Один? — кивнув на дверь, спросил он у секретаря.

— Светлова вызвал, — ответил тот и многозначительно добавил: — Понедельник — день тяжелый, Сергей Павлович.