— Я — Стрела-2, слушаю!

Услышал голос Вьюжина:

— Почему от тебя отошел двадцать второй? В чем дело?

— Ничего страшного, отправил Лебедя проверить балку, что тянется до ущелья справа.

— Разумно! В остальном порядок?

— Так точно!

— Ты в ущелье повнимательней. На подходе осмотри склоны. Кто знает, не ждет ли нас здесь сюрприз.

— Я знаю, что делать, майор!

— Не сомневаюсь, конец связи!

— Конец!

Передовой дозор сошелся метрах в тридцати от начала ущелья. Мамаеву пришлось остановиться, дожидаясь напарника. Подойдя к командиру, Лебеденко подчеркнуто официально доложил:

— Товарищ капитан, ваше приказание выполнено, балка обследована, следов пребывания в ней человека ни сегодня, ни неделю, ни месяц назад не обнаружено. Не обнаружено также ничего, указывающее на то, что в этом чертовом овраге кто-то пытался соорудить какое-либо укрытие или позицию для наблюдения за плоскогорьем и нападения на вероятного противника.

Мамаев, ухмыльнувшись, спросил:

— Все сказал?

— Доложил, товарищ капитан, доложил!

— Хорошо! Доклад принял. Слушай очередную задачу. Пять минут, используя оптику, смотрим склоны хребтов, образующих ущелье.

Мамаев с Лебеденко приникли к окулярам биноклей. По истечении пяти минут капитан спросил:

— Ну, что видишь, Андрюша?

— Камни! Склоны хреновые, да и дно у этого ущелья паршивое, но это, может, только вначале? За поворотом обстановка изменится?

— Посмотрим!

Капитан доложил Вьюжину:

— Вьюн! Мамай! Вход в ущелье свободен. Визуально мы с Лебедем ничего подозрительного не заметили. Однако должен отметить неоднородность рельефа, а также ограниченность зоны осмотра.

Майор ответил:

— То, что склоны плохие, вижу сам. Идите до поворота. Оттуда очередной доклад.