- Любила…

- А, как же, гулянье до утра?

- Ну…

- Эх, соня - засоня! Мультик помнишь? «Паровозик из Ромашкова»? Что он там говорил? Если

опоздаешь на рассвет…

- С рассветом, кажется, он сказал: «Если опоздаешь с рассветом, то опоздаешь на всю жизнь».

- Не важно. Главное, мы с тобой, всё–таки, не опоздали.

- Не опоздали…Только всё равно, поздно.

- Почему?

- Просто. Может, совсем не надо было бы под землю себя загонять, чтоб оценить всё это?

- О, да ты у меня философ! Только мы - то с тобой вроде как тут ни при чём…

- Вроде как…

- Ладно, Сенека, смотри вниз, во-он туда. Сейчас как раз хорошо видно. Видишь, это Волга, у

неё вода прозрачная и темнее. А вот Ока, вода мутная. Получается, что две реки в одном русле.

Такого больше нигде не увидишь!

- Точно-точно. Не увидишь…

По правде, зрелище завораживало. Вроде, и ничего такого, вода разного цвета…Но если бы

могла, она тоже бы ходила сюда каждый день.

- Машка, не иронизируй, я знаю, что ты подумала…Ты не понимаешь, почвы здесь разные, вот и

цвет разный! Ока – то по известнякам течёт. И обе реки большие! Одинаково большие!

- Ладно…ладно. Больше не буду, - женщина засмеялась: это ли грозный разведчик? Заводится с

полуоборота. Смешной.

- Скажи, а тут опасно?

- Не знаю. По мне – так нет. Особенно летом. В лесу, еще, куда ни шло, там, всё-таки, звери. А в

городе? Ну, собаки одичавшие…Так это надо быть глупее паровоза, чтоб против человека с

оружием… Хотя, как ни крути, а хозяева-то здесь они…

- А люди? Как думаешь, выжил кто на поверхности?

- Не встречал.

Илья замолчал. Его самого занимал этот вопрос. Очень хотелось, чтоб жизнь сохранилась ещё

где –то. Наверняка сохранилась. Только, вот, не встречал он никого…Может, и к лучшему, правда.

- Не встречал, возможно, что, и жив до сих пор из-за этого.