стороне от обычного маршрута. Кроме Мишки никто этот отпечаток оставить не мог. Успеть бы

только…

Он не видел раньше этой дыры в асфальте, давно не выходил, многое изменилось. Но над краем

ямы еще виднелось облако пыли, указывая внимательному наблюдателю, что обвал произошел

только что. Виктор бегом преодолел пятьдесят метров, не церемонясь с застарелым радикулитом, прыгнул вперед, и проехавшись на животе, остановился точно у края ямы. Даже успел

удивиться: немолодые мышцы правильно рассчитали усилие, нужное для такого рискованного

приземления, в луче фонаря прямо под ним висел Мишка, крепко ухватившись руками за

выступающую из глины ржавую железку. Виктор осветил дно ямы, там блестела вода, и виднелся

частокол арматуры. Если «желторотик» упадет, вывихом-переломом не отделается. Надо

вытаскивать. Он протянул руку:

- Держись, обормот. Какой черт тебя понес...

Холодный пот залил спину: нескольких сантиметров не хватало...

- Подожди, сейчас принесу что-нибудь.

Он понял по мишкиным глазам, что времени нет ни секунды, понял по тому, как задергался вдруг

парень и начал цепляться мысками ботинок за глинистый обрыв: железная труба переломилась

где-то в земле и начала медленно выползать наружу.

- Не шевелись!

Виктор видел, что ученик почти в панике, к такому повороту событий его никто не готовил ни

морально, ни физически. Бывший сталкер понимал его состояние: шел себе парень спокойно, и

вдруг земля ушла из-под ног, тело инстинктивно успело извернуться и остановить падение.

Только увидел помощь в лице наставника, как опора, казавшаяся до того надежной, подвела его.

Еще немного, и он полетит вниз с этой бесполезной трубой. Но, если Мишка не прекратит

дрыгать ногами, долго не продержится.

- Михаил! Ты меня слышишь? - Глаза «желторотика» сфокусировались на его противогазе, кажется, он начинает приходить в себя. – Ты зачем сюда полез?