обзавелись?

- Мадам, только для Вас, - Витёк, дежурный каптенармус, шутливо шаркнул ногой, и протянул ей

осколок зеркала, за что Зуев готов был его убить.

Но всё обошлось: Маша посмотрелась, отметила про себя, что уши не выпирают, потом что-то

подправила, что-то подёрнула:

- Ничего не попишешь, действительно - глиста в скафандре! Ну, что в путь!

Женщина сняла противогаз сразу же, как они вышли наружу, здраво рассудив, что

приговорённому к смерти смешно бояться простуды.

- Не возражаешь? – она улыбнулась. – Только мешать будет.

Зуев промолчал, а потом и сам последовал её примеру. Втянул в себя ночной воздух. Трава, дерево, остывающий асфальт, камень, пыль – от запахов закружилась голова.

Путь, который им предстояло проделать, в прежние времена здоровый взрослый человек

проходил за сорок минут. Зуев, изучивший развалины, как свои пять пальцев - за двадцать. Но

сейчас он шёл медленно, подстраиваясь под Машу, часто останавливаясь, осторожно обходя

препятствия. Та с любопытством смотрела по сторонам, в предрассветных сумерках развалины

выглядели не так ужасно, как днём.

- Ты знаешь, я всё это немного другим представляла, - они передыхали на ступеньках областной

библиотеки. Старинное двухэтажное здание почти не пострадало: крыша уцелела, а выбитые

взрывной волной стёкла были заколочены деревянными щитами. Книги берегли.

- Ну, это ещё ничего, не так страшно – кремль прикрыл, что ли?

- Да нет, я не про это. Смотри, машин сколько, там ведь люди были, да? И в квартирах…Нет, ты

не подумай, что я такая, - Маша на секунду замолчала, подбирая нужное слово, - инфантильная.

Я знала, конечно. Просто вот увидела…Им же страшно было?

- Маш,…

- Нет, ты не думай чего, всё в норме…

Они немного помолчали.

- Илья….Смотри. Ведь в прошлую войну какая разруха была? Но ведь построили же заново?