шансов уловить и понять живое явление, а не бесцветную фразу. Так поступает

мыслящий историк. Если он, располагая обширными сведениями, будет избегать

увлечения фразами, если он к человеку и ко всем отраслям его деятельности

будет относиться не как патриот, не как либерал, не как энтузиаст, не как

эстетик, а просто как натуралист, то он наверное сумеет дать определенные и

объективные ответы на многие вопросы, решавшиеся обыкновенно красивым

волнением возвышенных чувств. Обиды для человеческого достоинства тут не

произойдет никакой, а польза будет большая, потому что вместо ста возов

вранья получится одна горсть настоящего знания. А одна остроумная поговорка

утверждает совершенно справедливо, что лучше получить маленький деревянный

дом, чем большую каменную болезнь.

V

Мыслящий историк трудится и размышляет, конечно, не для того, чтобы

приклеить тот или другой ярлык к тому или другому историческому имени. Стоит

ли в самом деле тратить труд и время для того, чтобы с полным убеждением

назвать Сидора мошенником, а Филимона добродетельным отцом семейства?

Исторические личности любопытны только как крупные образчики нашей породы, очень удобные для изучения и очень способные служить материалами для общих

выводов антропологии. Рассматривая их деятельность, измеряя их влияние на

современников, изучая те обстоятельства, которые помогали или мешали

исполнению их намерений, мы, из множества отдельных и разнообразных фактов, выводим неопровержимые заключения об общих свойствах человеческой природы, о

степени ее изменяемости, о влиянии климатических и бытовых условий, о

различных проявлениях национальных характеров, о зарождении и

распространении идей и верований, и наконец, что всего важнее, мы подходим к