Далее не взглянув на мобильник, она небрежно выкинула его на дорогу.

– Эй, ты что делаешь? – возмутился я.

– Купишь новый. Этот – засвечен.

И опять я не смог возразить.

Гляди-ка – животное, а соображает! А с другой стороны, она же южноамериканская партизанка, значит, всякая там конспирация и прочие подпольные нюансы должны быть у нее в крови. Возможно, это даже хорошо. Возможно…

– Ну, и какие же меры ты намерена предпринять? – поинтересовался я, сделав вид, что уже забыл про телефон.

– Завтра мы будем в Эль Пасо, и там мои товарищи помогут тебе.

– Ага… – неопределенно отозвался я, – и как же они мне помогут?

– Мы сделаем тебе новые документы, и ты перестанешь прятаться по кустам. Видел бы ты себя со стороны. Когда я подъезжала к тому магазину, то еще подумала – что это за тип такой подозрительный на обочине? Сгорбился, оглядывается… Посмотрела, а это-ты! Честно говоря, я не ожидала встретить тебя снова исобиралась ехать во Флориду одна, но Пресвятая дева Мария сжалилась надо мной и послала мне моего Тэдди. Я буду называть тебя так, потому что оба твоих русских имени мне не нравятся, а кроме того – их трудно произносить.

И Кончита хозяйским жестом положила правую руку на мою ширинку.

Да, подумал я, ты получила свой подарочек. Куда же я теперь от тебя денусь! Может быть, потом, когда у меня будут новые документы, которые ты обещаешь сделать мне в Эль Пасо…

– И долго нам ехать до Флориды?

– За четыре дня доберемся. И это, между прочим, четыре ночи в мотелях, – мечтательно добавила Кончита, пошевелив рукой, лежавшей на моем мужском достоинстве.

А почему бы и нет?

В постели она была хоть куда, просто там, в сельве, когда справа – Гарсиа с Альвецом, а слева – Рита, которая опаснее их обоих вместе взятых, я не мог в достаточной степени расслабиться и беззаветно предаться блуду с этой смуглой черноволосой латинкой. А теперь… Огромная Америка, никто про нас не знает, мотель на пустынном шоссе между Лос-Анджелесом и Эль Пасо…