— Нет, только не это! — воскликнула Мириам, после истории с Гонсало ненавидящая само слово «мамочка». — Как-нибудь в другой раз. Думаю, еще слишком рано обсуждать вопрос о свадьбе с членами твоей семьи. К тому же я совсем забыла, у меня через полчаса деловая встреча с представителем одного из агентств.

— Как жаль, — изобразив лицом скорбное выражение, лицемерно произнес Альберто. — Уверен, что мамочка была бы счастлива познакомиться с тобой. Значит, не судьба!

А на шмоне опять

Вертухай пять колод отберет,

Ну так что нам, забросить игру?

Не такой мы народ.

Вместо этих пяти

Десять сделаем новых колод.

Нам любая газетка неслабо

На карты идет, —

напевал, разминая пальцы, Чумарик, сосед Джокера по нарам.

Чумарик готовился к тренировке. Он тренировался ежедневно, утром и вечером. Чумарик считал себя подлинным профессионалом и виртуозом своего дела.

— Джокер, ты готов? — Прервав пение, Чумарик постучал костяшками пальцев в верхние нары. — Я жду тебя уже целых десять минут. Чем ты там занимаешься?

— Сейчас спущусь. Я должен был собраться с мыслями! — откликнулся Вася.

— Только не надо мне вешать лапшу на уши! — с утрированным одесским акцентом произнес Чумарик. — О чем ты можешь думать? У таких, как ты, нет мыслей.

— А что же у меня есть? — весело спросил Вася.

— Первобытные инстинкты и неудовлетворенные желания, — веско бросил Чумарик.

Когда-то в ранней молодости он прочитал пару книг Фрейда, в том числе «Толкование снов», и с тех пор слегка спятил. В душе Чумарик мечтал быть престижным психоаналитиком, заколачивающим миллионы баксов в процессе легких и необременительных бесед на сексуальные темы, но судьба распорядилась иначе, и Лев Давидович Шкловер, профессиональный шулер и психоаналитик-любитель, мотал срок за убийство, которого он не совершал.