Маркиз выглянул в прихожую с намыленной щекой и остолбенел:

– Мужики! – ошалело заговорил он. – Это что еще за гроб с музыкой?

– Ну что такое, – заворчал бригадир, доставая из кармана спецовки маленький блокнотик, – ну сами же заказывали шкаф, а теперь отпираетесь. Иваницкая Сортира Михална вы будете? – упер он в Лолу грязный палец.

– Да чего они выступают-то? – вмешался в беседу лысый грузчик. – Груз доставлен, и все дела!

– Что? – заорали хором Лола с Маркизом, и Пу И, до этого жавшийся к ногам Лолы, осмелел и тихонько тявкнул.

– Не встревай, – серьезно заметил ему бригадир и вгляделся в бумажку. – То есть тьфу! Прошу прощения, Сапфира Михална! Ну, люди дают! Придумают себе имечко, а после обижаются, когда их неправильно обзывают! Давайте, гражданка, расписывайтесь, нам за простой не платят!

– Но я вовсе не Сортира Михална! – растерянно заговорила Лола, совсем смешавшаяся от такого уверенного напора бригадира.

– Да? – сурово вопросил бригадир. – А гражданка Иваницкая Сапфира Михална – где?

– Где? – переспросил опомнившийся Леня. – В Караганде! Мужики, вы, наверное, квартиру перепутали!

– Как это перепутали! – возмутился бригадир и взмахнул блокнотом. – Вот же конкретно написано: дом семнадцать, квартира двадцать пять!

– Точно, – удивился Леня, – но мы шкаф не заказывали!

– Слышь, Степаныч, – заволновался лысый в кепочке, – куда его нести-то? А то ежели снова на пятый этаж, так я несогласный! Ну и тяжеленный, сволочь, просто все жилы вытянул…

– Скажите спасибо Сапфире Михалне, – сказал Леня. – В общем так, мужики: мы ничего не знаем про этот художественный гроб. Так что выносите его отсюда быстрее, пока я не рассердился. Звоните в свою фирму, может, они что напутали, а от нас идите по-хорошему, потому что у меня жена вон на грани нервного срыва, – он кивнул на Лолу.