В церковь я входить не стала, хотя ее убранство неизменно повышает мое настроение. Вместо этого прошлась по соседним кривым улочкам. Вообще-то это было бесплодной тратой времени: я ведь не знала, в каком из переулков нашли мертвое тело, да если в и знала, созерцание пустого места вряд ли бы сильно помогло. Полиция наверняка тщательно прочесала окрестности.

Я прошла через рынок с его горами свежих фруктов и овощей, роскошными цветочными охапками. В то майское утро рыночные ряды так и пылали разноцветьем — желтые букеты нарциссов, пышные ветки сирени, синие и розовые гиацинты наполняли воздух пьянящим ароматом. Прогулку я закончила на Кауфингерштрассе, это моя любимая улица в Мюнхене — обожаю разглядывать витрины.

В витринах были выставлены чудесные крестьянские костюмы Южной Германии и Австрии. Баварцы до сих пор щеголяют в старинных нарядах, даже в искушенном Мюнхене: плащи из грубой зеленой или кремовой шерсти с красными полосками и большими серебристыми пуговицами; блузки и передники, отороченные кружевами ручной работы. Но гвоздь программы, конечно же, национальные платья — дирндлы. Ох уж эти дирндлы!.. У каждого городка свой фасон: эротичный зальцбургский дирндл с низким лифом, призванный в лучшем свете прорекламировать девичьи прелести; тегернзейский дирндл, состоящий из юбки и жакета, который на спине собран диковинными складками. Я без ума от этих старинных нарядов, но, увы, они мне не идут. Зато не так давно я положила глаз на очаровательную шерстяную накидку цвета слоновой кости с пуговицами из больших серебряных монет. Надеясь, что объявили распродажу и можно будет урвать сокровище по дешевке, я заглянула в магазинчик. Распродажи не было. Я уныло вышла на улицу, и тут мое внимание привлекло нечто такое...

Это был всего лишь рекламный плакат «Люфтганзы». "Рим! — гласила большая надпись над огромной фотографией Испанской лестницы, окаймленной корзинами с розовыми и белыми азалиями. — Увидеть Рим и не умереть! Шесть рейсов ежедневно".