- Вы кто? - недовольно спросил охранник и подозрительно посмотрел на непрошеных гостей.

- ЦРУ! - съязвил старичок и достал удостоверение.

Байдаков успел только заметить магическую аббревиатуру "ФСБ" и отворил железную дверь.

- Проходите, - испуганно предложил Юрий.

- Где главный редактор? - спросил старичок, войдя в узкий полумрачный коридор.

- У себя.., последняя дверь налево.

- Много еще людей в редакции? - поинтересовался здоровый мужчина со шрамом на левой щеке.

- Как обычно.

Макар недовольно кашлянул в огромный кулак.

- Конкретно!

Молодой охранник неуверенно пожал плечами: было видно, что он стушевался перед людьми из силового ведомства и не знал, как себя вести с ними.

- Человек пять...

- Хорошо, - сказал старик, - никого в помещение не впускать ближайшие полчаса. Понял?

Юрий кивнул головой.

- Понял.

Шлема повернулся к узкоглазому напарнику.

- Останься.

- Есть! - козырнул Таньга.

Старичок прошел с Макаром вперед по коридору, а узкоглазый мужчина остался с Байдаковым.

***

В кабинет вошли без стука... Петр Гришин не успел даже спрятать фотографии, которыми любовался. Перед ним выросли двое мужчин: один малый щуплый, с пронизывающим взором старик, а другой - здоровый высокий мужчина в годах с каменным выражением на бледном лице.

- Петр Миронович? - сразу приступил к делу старичок.

- Да-а... - растерянно ответил главный редактор, - а в чем дело, господа? Вы по какому делу? - поинтересовался Гришин, собирая воедино фотографии и пряча их в ящик стола.

- По государственному, - сухо отчеканил старик.

Гришин удивленно поднял широкие брови, и его прошиб холодный пот. Предчувствие его не обмануло: он понял, что пришли по его душу. Еще полчаса назад он говорил Патрику Глену: "...или пан, или пропал!"

- С кем имею честь? - взволнованно спросил Гришин, стараясь изобразить на своем круглом лице деловитость и важность своей персоны.