- Вы мне надрываете сердце, - сказал я Сэму.

- Дом - это место, где тебя ждет жена, - продолжал он, печально уставившись на мое отражение в зеркале.

- Но как раз того единственного, в чем комик больше всего нуждается, он получить не может. Оставить его в покое - на это его жена заведомо не способна. Она требует денег, комфорта, внимания, отдыха, развлечений. И больше всего она жаждет, чтобы он слушал ее, сочувствовал ей, вникал в ее проблемы. Он терпит это до момента, пока уже больше не в силах терпеть. И тогда все рушится. Он оставляет и свою жену, и свой дом. Но вскоре - из-за чувства полного одиночества в этом проклятом мире - он заводит другой дом и новую жену. И весь этот идиотизм прокручивается заново. Вот и у меня три бывших жены висят на шее, Рик. Как известно, выплаты по алиментам достаточно велики, чтобы лишить комика всякого подобия роскоши на весь остаток его жалкой жизни!

- Подобная проблема скорее для ваших адвокатов, заметил я.

- Это всего лишь вступление, мой друг, - уныло возразил он. - До сути дела мы еще не добрались.

- Не забудь о кинофильме, Сэм, - напомнила Соня.

- Разумеется. - Он кивнул. - Это была долгая эпопея - вернуться на вершину. И я никогда не добился бы успеха, не будь Сони. - Сэм бросил на нее быстрый и нежный взгляд. - Если этот фильм окажется для меня подходящим - а все выглядит именно так, - я останусь наверху надолго. И даже не буду больше возражать против выплат по алиментам, если эти три ведьмы оставят меня в покое. Только в этом как раз и заключается моя проблема. Они не хотят оставить меня в покое. По крайней мере, одна из них, но я не знаю, какая именно.