"Сколько раз ей уже приходилось говорить эти слова тем, кто подвергался воздействию "чувства юмора" мистера Крэста?" - подумал Бонд.

- Да, с вашим мужем нужно получше познакомиться. Он так же ведет себя дома, в Америке?

- Да, но только со мной, - ответила она безо всякой горечи. - Он любит американцев. Лишь когда попадает за границу, дает волю своим чувствам. Видите ли, его отец был немцем. Вернее, он родился в Пруссии. Поэтому в нем с детства укрепилось мнение, что европейцы - нация декадентов, что они мало на что способны теперь. На эту тему с ним бесполезно спорить. У него это твердое убеждение.

Так вот в чем дело! Опять точка зрения гунна. Он или хватает тебя за глотку, или падает к твоим ногам. Вот уж действительно чувство юмора! О, сколько же пришлось перенести этой молодой женщине, ставшей его рабыней его английской рабыней!

- Вы давно вышли за него замуж? - спросил Бонд.

- Два года назад. Я работала в одном из его отелей. Вы знаете, наверно, что ему принадлежит группа отелей "Крэст". Вся моя жизнь изменилась. Это настоящая сказка! Иногда мне хочется ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон. Вот это, например, - она обвела рукой вокруг себя, - эта роскошная кают-компания. И он хорошо относится ко мне. Покупает дорогие подарки. В Америке он очень известный человек. Так приятно - куда ты ни приходишь, с тобой обращаются, как с королевой.

- Да, пожалуй. Ему тоже нравится такое обращение?

- Конечно, - в ее голосе чувствовалось смирение, покорная усталость. Все-таки в нем есть что-то от султана. Если его обслуживают не по высшему, не по самому высшему разряду, он выходит из себя. По его мнению, если ты из кожи вон лез, чтобы забраться на вершину дерева, то получаешь право на самые спелые плоды, - миссис Крэст вдруг заметила, что слишком разговорилась.