- Сколько самострелов закупили? - спрашивает Тарусский.

- Сто.

- Надобно нам тоже наладить делать эти луки, у меня есть две кузни под Таруссой, они давно славятся справным оружием и это тоже могут сделать.

- Нам много надо, а у тебя, князь, будет в отдельных экземплярах, выступает Боброк.

- Сколько?

- Триста, с тремя комплектами кованных стрел.

Старик шипит вместо свиста.

- И на что так много?

- Врагов много.

Боброк самый ученый и самый мудрый князь. Он как бы, военный советник при великом князе и в то же время талантливый военноначальник и полководец, не знавший среди русских князей поражений. Знал Калита в какие руки отдавать Дмитрия.

- Дайте год, я еще шестьсот поставлю, - прикидывает в уме князь Тарусский.

- Добро, - улыбается Бренко.

- Ну мы скоро? - нетерпеливо спрашивает Дмитрий.

- Потерпи, княже, мы даже и не начинали вовсе.

Ошалевший от долгого ожидания князь, валится на трон.

- Лазутчики докладывают, Мамай в гневе. После захвата князем Городецким и воеводой Свиблом Мордовии и избиении ими всех ее жителей, он собирает войско и готовит нападение на Русь, - докладывает Бренко.

- Так этим мордовцам и надо, - говорит князь Белозерский, - за подло пролитую кровь росских воинов на реке Пьяне, за предательство. Надобно бы и нам теперь собирать большую рать, чтобы дать отпор Мамаю.

- Неужели началось, - встрепенулся Дмитрий на кресле. - Своих мы поколотили, теперь и до татар доберемся.

- Это плохо, что мы своих колотим, лучше бы все вместе колотить татар начали. Но пора уже постоять за честь Руси. Давай, князь Федор, начинай собирать войско, - предлагает Боброк.

- Вчера плечо проклятое онемело, первый раз, как будто. Знать действительно дожили, - князь Федор Тарусский ежиться под теплой накидкой.