— Да что там продавать то… — Вздохнула Анна. — Так что же ты все таки ешь?

— Ну, сначала на запасах держалась, папа всегда помногу всяких там круп , макарон покупал, чтобы не бегать постоянно с авоськами, да и дешевле оптом… Потом дядя Гриша иной раз приносит кое какую еду, когда не пьет по черному… Подрабатываю еще иногда, ну там лестницу мыла за уборщицу, когда она на неделю к родственникам на свадьбу уезжала, за детишками во дворе присматриваю … но это редко, как то не слишком мне доверяют жители местные. Почему то они решили, что мы с отцом какие то не такие как они, а уж когда папа умер и вовсе стали меня сторониться… Я даже слышала как меня пару раз бродяжкой кто то назвал…

— Да не похожа ты на бродяжку. — Успокоила меня Анна и погладила по голове. — Обычная девочка , симпатичная… красивая даже. Тебе лет то сколько? Ты в школу по возрасту должна бы ходить насколько я понимаю…

— Я девятый класс заканчиваю… Экзамены у нас сейчас, один всего остался, думаю, осилю и его. Я не отличница, конечно, но в целом не плохо училась. А вообще мне уже почти шестнадцать, я просто немного позднее учиться начала, чем остальные. Папе пришлось срочно переехать, ему работу хорошую и длительную предложили, вот он и сорвался, а я потеряла тогда год, пока удалось устроиться в новую школу…

— Если тебе шестнадцать, то у тебя паспорт уже есть, да? — Осторожно спросила женщина. — Что после экзаменов то делать планируешь?

— Паспорт у меня есть… — Я снова почувствовала себя не слишком уютно. — Мне его еще в Литве дали. У нас ведь паспорта с самого рождения выдают, только он просрочен… Папа как то упустил, что нужно его менять, потом заявление в посольство написал, там сказали, что просрочка большая, нужно штраф платить, тысячи три, кажется, и еще кучу всяких справок собирать из разных российских учреждений, о том, что мы за это время не получили какого-нибудь другого, к примеру российского гражданства, и еще других всяких кучу.