Я насупился, вернул записку обратно в конверт, а конверт швырнул прямиком в саквояж, - поверх вещей, дабы недолго искать потребовалось. Хорошо было, разумеется, получить немного добавочных сведений, однако письмецо могло и дополнительную службу сослужить - состряпать мой "публичный образ", ежели кто-нибудь пожелает сунуть нос куда не следует, пошарить где не просят.

Почистившись и приведя себя в порядок, я спустился по гостиничной лестнице, но пикап оставил стоять в гараже, а сам уплатил шестьдесят центов первому же таксисту и велел ехать к международной переправе.

Еще за два цента М. Хелму, эсквайру, дозволили пересечь мост через Рио-Гранде и очутиться в пределах Мексики.

Речное ложе почти высохло. В мелких лужицах под мостом худущие смуглые мальчишки вели обычные свои нескончаемые, непонятные для чужеземцев игры.

Достигнув южной оконечности моста, я сделал еще один шаг - и ступил на иностранную почву. Мексиканцы любят пылко и долго втолковывать: Хуарес - не Мексика, ибо любой пограничный город - вообще ни рыба ни мясо; но должен заметить: Хуарес - и не Соединенные Штаты. Даже учитывая, что Авенида Хуарес - Проспект Хуареса, - убегающий прямо к югу от моста, отдаленно смахивает на дешевую нью-йоркскую улочку.

Я отмахнулся от подскочившего покупателя порнографических открыток. Обогнул и миновал полдюжины таксистов, услужливо распахивавших автомобильные дверцы и предлагавших отвезти куда заблагорассудится, но лучше всего - в заведение тетушки Марии, которое, как уверяли водители, буквально кишит сеньоритами вашей мечты... А если вам не нравятся девушки, предлагаем великолепную замену! Множество чудесных замен! Сеньор? Сеньор!..

О том, какие найдутся замены, и чему равняется "множества", доводилось лишь гадать.

Но, помимо прочего, господину Мэттью Л. Хелму, не пощадившему ни трудов, ни денег, дабы частное сыскное бюро пособило ему разыскать пропавшую жену, приличествовало (я так полагаю) блюсти свою нравственность и хранить чистоту в ожидании грядущей встречи.