Средиделегатов опятьпробежалсяшум.

-Нацкомпартий,- вдруг выкрикнулкто-то.

-Правильно,товарищ, - Сталинповел указательнымпальцем в зал.- Я только уточню:после 36-го годана особо важныхдокументахмы писали:не "секретарямнацкомпартий",а "секретарямЦК компартийсоюзных республик".

Взале раздалисьвозгласы.

Сталинбросил хмурыйвзгляд на Хрущева.

-И как сюда попалинаркомы внутреннихдел, начальникиУправленийНКВД? Если мывысылаем документыв партийныеорганы...

Сталинвновь посмотрелв зал.

-Пишут: "дляознакомлениянаркомам внутреннихдел", - опятькто-то выкрикнулиз зала.

-Верно! - добавилеще один голос.- Для ознакомления...

Гостьчуть заметноулыбнулся.

Хрущевсделал еще шагназад, спрятавшисьот Сталина затрибуну.

-От меня спрятался,- усмехнувшись,проговорилгенералиссимус,- а свой задтоварищамподставил. Вотнапинают-то.

Хрущевкак ошпаренныйотпрыгнул назадк Сталину июркнул в трибуну,втиснув ягодицывнутрь.

-И что за страннаяфраза? - по лицуСталина скользнулонедоумение,- "буржуазныеразведки применяютфизическоевоздействиев отношениипредставителейсоциалистическогопролетариата".Какая-то журналистскаябеллетристика,а не партийныйдокумент.

Х-м!Если все жеделить пролетариатна социалистическийи капиталистический,то какой он вкапиталистическихстранах?

Сталинпокрутил бумажку.

-Наверное, все-таки,- проговорилон, - капиталистический...

-Мне думается,- Сталин перевелвзгляд на Хрущева,- в 1939 году членыполитбюро такойбы глупостине допустили.

М-да!И что-то неприпоминается,чтобы в 1937 годуЦК разрешилпытки. Если ЦКпринимаеткакое-то решение,то для этогособираетсяпленум, вопросставится вповестку дня,проводятсяпрения, голосования.Ей-богу, не помню...Может, вы и тотдокумент зачитаете?