— Вон там стоял Паткинс-Корнерз. Вон там.

— Трудненько будет до него докопаться, — отозвался Дортмундер.

— Ерунда. Разрыть немного ила, и все, — ответил Том.

— А где плотина? — спросил Дортмундер, озираясь по сторонам.

Том бросил на него недоуменный взгляд:

— Плотина? Ты спрашиваешь, где плотина? Вот она, ты на ней стоишь.

— Я стою на плотине? — Дортмундер посмотрел направо, затем налево. Дорога выныривала из леса и вновь убегала в лес, делая широкую плавную петлю, с внешней стороны которой оставалось водохранилище, а внутри слева — спуск в долину. Затем дорога поднималась на соседний холм, поросший деревьями, и вновь исчезала в густой зелени.

— Так это она и есть, — удивленно протянул Дортмундер. — Так, значит, дорога проходит по верху плотины?

— Ну конечно. А ты что думал?

— Я не ожидал, что она окажется такой огромной, — признался Дортмундер и, опасливо посмотрев по сторонам, хотя пока никто не проезжал мимо, пересек дорогу и заглянул вниз. Он увидел плавный изгиб вогнутой стенки плотины; ее кремовая бетонная поверхность была похожа на приподнятую дуновением ветра занавеску. Из-под плотины вырывался поток воды, бежавший по дну долины мимо ферм и деревень и исчезавший в окрестностях огромного города, значительно превосходившего величиной Норт-Дадсон.

— Так, значит, раньше по ту сторону было нечто подобное? — спросил Дортмундер, махнув рукой в направлении водохранилища.

— Кабы я знал, как все обернется, — сказал Том, — зарыл бы этот проклятый ящик в Дадсоне.

Дортмундер еще раз осмотрел поверхность плотины и на сей раз заметил в ней окна — два длинных ряда самых обыкновенных окон, расположенных чуть ниже края дамбы.

— Так это же окна, — сказал он.