Он встал и вышел. Майор произнес:

Видите ли, Натан, хотя платить приходится американскому налогоплательщику, распоряжается всем он. — О'Брейн посмотрел в спину Клермонту, взял Пирса под руку и повел его к стойке. — У нас не слишком много времени, чтобы вспомнить…

— Минутку, джентльмены! — окликнул их губернатор. Он вытащил из портфеля запечатанный пакет и протянул его О'Брейну. — Вы кое-что забыли, майор.

— Прошу прощения! — О'Брейн взял конверт и передал его Пирсу: — Шериф из Огдена просил вручить вам вот это.

Пирс кивнул, и оба вернулись к стойке.

В этот момент входная дверь открылась, и в салун вошли пять человек. Они направились к отдаленному столику, уселись и сразу вытащили колоду карт. Никто из них не проронил ни слова.

— Шустрые ребята у вас в Риз-Сити, — заметил О'Брейн.

— Все по-настоящему шустрые ребята отправились в Комсток Лоуд, когда там пару месяцев назад открыли богатые золотоносные пески. Сейчас здесь одни старики, но их тоже мало. Здесь никто не живет в старости, люди уходят бог знает куда. Не подумайте, что я жалуюсь, но в Риз-Сити шериф, обеспечивающий спокойствие, нужен так же, как на кладбище.

Пирс вздохнул, взял у бармена нож, вскрыл пакет и вытащил из него пачку плохо напечатанных розыскных листочков. Он разгладил их на стойке.

— Судя по всему, прилива энтузиазма вы не испытываете, — сказал О'Брейн.

— Большая часть преступников уже по полгода находится в Мексике, пока картинки с их изображением появляются здесь. Кроме того, часто возникает путаница, и печатают совсем не тех людей.

Здание железнодорожной станции Риз-Сити находилось в таком же плачевном состоянии, как и салун «Имперского». Некогда позолоченные буквы «РИЗ-СИТИ» облупились от непогоды и стали почти не видимыми на фоне стены, к которой они были прикреплены.