Потом мы с Варварой собрали кое-что, я сходила в магазин, купила фруктов, сок и йогурт, перекусила и отправилась в больницу «Скорой помощи».

Соня еще не пришла в себя. Я оставила два пакета и записку с номерами своих телефонов – домашнего и мобильного.

«Так, а где же Сонина трубка?» – подумала я, когда писала записку. Она ведь ей в больнице понадобится. Я решила, что ее, наверное, забрала следственная бригада.

Уже из дома я позвонила Ильичу, спросила про мобильник, он ответил, что в нем больше не нуждается, так как они сняли с него всю возможную информацию, и обещал привезти телефон Соне в больницу. Он надеялся завтра с ней побеседовать.

– А знакомые у Романовой сволочные, – заметил на прощание следователь. – Она ведь звонила и попу этому, и девке одной из ночного клуба, видимо, подруге.

– Когда ее ранили?!

– По времени получается, что так. А они…

– Вы с ними уже беседовали?

– Нет пока, но собираюсь в ближайшее время. Пока личности устанавливали. Спасибо вашей соседке – благодаря ей справились быстро.

– А неизвестный мужчина? Ну в смысле тот, кого Варвара Поликарповна видела впервые?

– Из ночного клуба. Заместитель директора. Он как раз за девочек отвечает. Но ему Соня не звонила.

Англичанин вспоминал свой первый приезд в Россию. Он снял квартиру в обычном доме в Петербурге, в которую приезжал потом много раз. В первый вечер его пребывания в этом удивительном во многих отношениях городе на Питер спустился туман и напомнил англичанину о родном Лондоне. Он решил, что это хороший знак, и улыбнулся. В это мгновение с соседского балкона раздались странные звуки.