Вскочив с кровати, Джейн распахнула дверь и очутилась на пороге маленькой гостиной. Она ничего не видела, потому что окна были завешены тяжелыми портьерами.

Позади ясно слышались чьи-то приглушенные шаги. В ужасе Джейн бросилась бежать, но споткнулась об стул. Падая, она схватилась за ручку двери, и та с шумом распахнулась. Свет из соседней комнаты ослепил ее.

— Кто там? — послышался голос ее мужа.

Питер, дремавший в кресле, проснулся от шума открывшейся двери. На нем была шелковая пижама.

Итак, муж не был тем таинственным ночным посетителем. Она ясно чувствовала прикосновение шерстяного костюма и крахмального воротничка.

— Джейн… Что случилось? — взволнованно спросил он.

Она указала ему на открытую дверь своей комнаты и попыталась рассказать о ночном происшествии.

Питер бросился в комнату жены.

Джейн все еще дрожала: впервые в жизни она испытала настоящий страх.

Питер вернулся бледный и взволнованный.

— Ваше окно открыто настежь, и к стене приставлена лестница, — прошептал он. — Расскажите же мне, что произошло.

Он присел на ручку кресла и внимательно выслушал ее рассказ. Джейн была даже немного разочарована тем спокойствием, с которым он начал расспрашивать ее.

— Вы говорите, что ясно почувствовали прикосновение крахмального воротника…

— Да, и в галстуке была булавка, которая больно уколола мне палец… Вот смотрите!

Питер сидел некоторое время молча, о чем-то размышляя. Однако она была уверена, что он и не думает о ее оцарапанном пальце, на который едва взглянул.

— Вы совершенно уверены, что он ничего не говорил? — вдруг спросил Питер. — Вероятно, я очень крепко спал, потому что не слышал, как вы закричали…

— Но я ведь не кричала, — запротестовала она. — У меня даже не было для этого сил. Я думала, что это были… вы…