Мадам де Лангрюн рассмеялась:

– Меня это не удивляет, дорогой аббат. Трудно узнать того, кого раньше никогда не видел. Но, в любом случае, вы должны были слышать от меня имя Этьена Ромбера, моего старого друга. Последний раз я встретила его два года назад на благотворительном празднике в Париже и с тех пор совсем потеряла из виду. В то время бедняга вел весьма нелегкую жизнь.

Лет двадцать назад он женился на очаровательной женщине. Она казалась мне почти совершенством, я не боюсь этого слова. Но сейчас она очень тяжело больна. Похоже, она совсем лишилась разума. Говорят, Этьен собирался положить ее в лечебницу для душевнобольных.

Судья Боннэ вздохнул:

– Печальная история. Но это не объясняет, каким образом юноша оказался у вас в доме.

Маркиза пояснила:

– Так вот, Шарль учился в семейном пансионе в Гамбурге, совершенствовался в немецком языке. Недавно покинул его. Как раз в это время его отец написал мне, что собирается поместить жену в клинику. Сам же он вынужден был ненадолго уехать. Вот я и решила пригласить Шарля погостить здесь, в Болье, пока Этьен не вернется в Париж. Позавчера мальчик приехал сюда. Вот и все.

Кюре кивнул:

– И, значит, завтра к нему присоединится господин Этьен Ромбер, не так ли?

– Совершенно верно. Потому что…

Маркиза де Лангрюн собиралась продолжить пояснения относительно своего протеже, но тут он сам вернулся в гостиную.

Присутствующие тотчас замолчали.

Шарль Ромбер неуклюжей юношеской походкой подошел к гостям и, остановившись возле судьи Боннэ, нерешительно спросил:

– Итак, мсье?

– Итак что, мой юный друг? – вопросом на вопрос ответил судья.

Шарль помялся.

– Как? – наконец произнес он. – Разве вы больше не говорите про Фантомаса? Это было так захватывающе! Так забавно!

– В отличие от вас, молодой человек, – сухо заметил судья, я не считаю истории преступлений такими уж захватывающими и тем более забавными, как это вам, по-видимому, кажется.