Несколько лет провалял дурака инструктором в «Урожае». Потом, когда спортобщество стало разваливаться, всего за один месяц изуродовал, как Бог — черепаху, служебный «Москвич» райкома ВЛКСМ, куда по недомыслию комсомольского вожака был принят шофером, и укатил в Новосибирск «зашибать приличные ”бабки”», заявив друзьям на прощальном банкете, что с малолетства мечтает стать миллионером.

Какая причина помешала Паше осуществить голубую мечту, не знали даже самые закадычные его корефаны, но года через полтора Таловский вернулся в родные «пенаты» явно без миллиона и ни с того, ни с сего вдруг стал нахраписто требовать у районной администрации полагающуюся, как воину-интернационалисту, льготную квартиру. Тут-то и подсунули Паше «в безвозмездное пользование» вместо квартиры осколок царского капитализма. Другой бы, на Пашином месте, от такого беспрецедентного подарка полез в «пузырь», а Таловский, к немалому удивлению собутыльников, внезапно проявил несвойственную ему деловую хватку. Он резко бросил пить, отмахнулся от интимных услуг местных куртизанок, за которыми раньше волочился напропалую, взял в Госбанке солидный краткосрочный кредит и, наняв строительную бригаду шабашников, за полтора месяца превратил основание бывшей «водокачки» в двухэтажный готического покроя терем, смахивающий на круглую кремлевскую башню. Укрепив над входной дверью хвастливую вывеску «УСПЕХ», означавшую название магазина, Таловский, по заведенному обычаю новоявленных российских бизнесменов, закатил в районном ресторане шикарную «презентацию», превратившуюся для него в многодневную пьянку. На этом, с позволения сказать, «торговая деятельность» Паши и закончилась — денег не осталось даже на закупку малой толики товаров, не говоря уже о возврате банковского кредита.

Выручила Таловского одноклассница по школе-интернату Жанна Мерцалова, имевшая в противоположность бесшабашно-дубоватому Паше неотразимую внешность и умную голову.