– Но я ничего не знаю ни про казино, ни про способы обмана.

– Зато ты прекрасно разбираешься. А это уже полдела, когда работаешь с жульем. Основам я тебя научу. Тебе понравится.

– Думаешь?

– Уверен.

У него все выглядело легко. Если Тони и донес до нее какую-то мысль, так только ту, что шулеры не похожи на других преступников. Они пользуются замысловатыми ухищрениями, камерами и потайными компьютерами, чтобы совершать свои преступления. Они умны. И чтобы поймать их, нужно быть еще умнее.

– Может, у тебя найдется что почитать? Чтобы мне не выставить себя идиоткой, отвечая по телефону.

– Да у меня целая библиотека.

– И ты обещаешь помочь мне разобраться в деталях?

– Обещаю.

Мейбл колебалась. Валентайн улыбнулся. Он и впрямь сделает так, что ей это дело придется по душе, подумала она. И еще раз поцеловала Тони в щеку.

– Звучит заманчиво, – ответила Мейбл.

Валентайн опускался в кресло в своей гостиной, когда зазвонил телефон. Он никогда не снимал трубку, предпочитая, чтобы звонящий оставил сообщение на голосовой почте. В этом Тони находил одно из величайших преимуществ работы на самого себя.

Звонок умолк. Он подождал с минуту, затем набрал номер голосовой почты. Сообщение оказалось от Дойла Фланагана, его бывшего напарника из Атлантик-Сити. Он набрал номер сотового Дойла и поймал друга на выходе из автокафе «Макдоналдс».

– Ты что, домой вообще не заходишь?

Дойл ушел на покой из полиции через полгода после Валентайна. Поняв, что на пенсию не проживешь, стал работать частным детективом.

– Хотел бы, да не получается. Ты успел взглянуть на пленку ночного наблюдения?

– Само собой.

– Э, да что ж такое, – возмутился Дойл.

– Что случилось?